Иждивенчество в крови: почему казахстанцы не хотят работать и при чём здесь наследие СССР

Сегодняшний рынок труда Казахстана напоминает сообщающиеся сосуды, которые заблокированы пробкой социальных привычек. Ситуация парадоксальна: работодатели задыхаются от кадрового голода, предлагая более 1,3 миллиона рабочих мест, в то время как число официально зарегистрированных безработных продолжает ползти вверх, сообщает Lada.kz со ссылкой на Kazinform.

Согласно данным Минтруда и соцзащиты РК, динамика настораживает:

• 2023 год: 168,9 тыс. безработных.

• 2024 год: 191,8 тыс. безработных.

• Текущие показатели: более 219 тысяч человек.

При этом среднее пособие потере работы составляет около 101 297 тенге. Для многих эта сумма становится «зоной комфорта», которая гасит стимул к поиску реального заработка.

Где нужны руки? Карта дефицитных профессий

Вопреки мифам, работа есть не только в офисах. Экономика остро нуждается в «синих воротничках» и специалистах прикладного профиля. Половина всех вакансий на портале Enbek.kz — это рабочие профессии.

Топ-5 сфер с максимальным спросом:

1. Образование: формирует почти 30% всех заявок (учителя, воспитатели).

2. Здравоохранение: врачи и средний медперсонал.

3. Промышленность и строительство: от инженеров до сварщиков.

4. Сельское хозяйство: агрономы и технические специалисты.

5. Транспорт и логистика: водители и диспетчеры.

Психология иждивенчества: эхо прошлого

— Современное иждивенчество во многом наследие советской системы, — комментирует доктор экономических наук Мейрам Кажыкен. — Когда человеку гарантировано «безбедное существование», атрофируется стремление к развитию.

Доктор экономических наук Мейрам Кажыкен отмечает, что корень проблемы — в «советском гене» иждивенчества. Система, гарантировавшая блага вне зависимости от личного вклада, приучила людей к пассивности. Когда государство обеспечивает «страховочную сетку», у части населения атрофируется желание конкурировать и развиваться.

«Борьба с тунеядством в прошлом парадоксально привела к тому, что люди привыкли получать минимум, не прилагая усилий. Сегодня задача государства — сделать труд экономически более выгодным, чем ожидание чека от соцзащиты», — подчеркивает эксперт.

От «выплат» к «возможностям»: активные меры государства

Министерство труда меняет стратегию: вместо простого распределения денег акцент смещается на активную адаптацию. Сегодня доступны три ключевых рычага:

1. Бесплатное переобучение: Курсы до 6 месяцев в колледжах или онлайн на Enbek.kz. Можно получить новую профессию «под ключ» по запросу конкретного работодателя.

2. Бизнес-старт («Бастау Бизнес»): 14-дневный интенсив по основам предпринимательства. Выпускники из уязвимых групп могут претендовать на гранты до 400 МРП (свыше 1,5 млн тенге) на покупку оборудования или скота.

3. Субсидируемые рабочие места: Программы «Первое рабочее место», «Серебряный возраст» (для людей предпенсионного возраста) и «Контракт поколений». Здесь государство берет на себя часть расходов по зарплате сотрудника.

Реальный кейс: из безработной в кондитеры

История Айданы Нартай — это ответ скептикам. Не имея специального образования, девушка не стала зацикливаться на пособиях, а обратилась в Центр занятости. Пройдя интенсивный курс кондитера-пекаря, она получила не только теорию и санитарные навыки, но и уверенность.

«Многие не могут оплатить обучение сами, но программа дает этот шанс бесплатно. Теперь у меня есть профессия, которая кормит меня здесь и сейчас», — делится Айдана.

Резюме

Проблема безработицы в Казахстане сегодня — это не отсутствие рабочих мест, а кризис квалификации и мотивации. Государственные инструменты обучения и грантов создают «лифт» для тех, кто готов сменить статус получателя пособия на статус профессионала.