У казахстанцев заберут 1% накоплений в «общий котел»: что на самом деле стоит за пенсионной реформой «4+1»

Казахстан переходит к гибридной пенсионной модели «4+1», пытаясь застраховать бюджет от роста числа долгожителей. Однако эксперты предупреждают: новая схема превращает часть накоплений в скрытый налог и заставляет рабочих субсидировать обеспеченных граждан, сообщает Lada.kz со ссылкой на LS.

В Казахстане активно обсуждается внедрение новой механики распределения обязательных взносов работодателя (ОПВР). Суть системы «4+1» проста: из 5% взноса только 4% попадут на личный счет работника, а оставшийся 1% уйдет в «общий котел».

Директор департамента консалтинговых услуг AERC Ерасыл Серикбай в интервью LS подчеркнул, что государство фактически перекладывает свои социальные обязательства на плечи работающего населения, пытаясь купировать риски, связанные с увеличением продолжительности жизни.

Математика долголетия: кто кого спонсирует?

Главная претензия экономистов к модели — нарушение принципа социальной справедливости. Возникает эффект так называемого перекрестного субсидирования:

• Рабочие профессии: Люди, занятые тяжелым физическим трудом, статистически живут меньше. В новой системе они будут пополнять общий фонд, но рискуют не дожить до момента выплат из него.

• Белые воротнички: Граждане с высоким доходом и лучшими условиями жизни живут дольше и, скорее всего, станут основными получателями средств из того самого 1%-ного пула.

• Утрата собственности: Тот самый 1%, уходящий в общий фонд, перестает быть частной собственностью гражданина. Это больше похоже на целевой налог, чем на инвестиционное накопление.

Зачем это государству?

С точки зрения социальной политики, 1% — это страховая премия. Личные накопления могут закончиться (например, к 80 годам), и тогда человек рискует остаться за чертой бедности. Общий фонд должен гарантировать пожизненные выплаты тем, кто «пережил» свои сбережения.

Для бюджета это способ снизить нагрузку в будущем: вместо того чтобы платить пособия долгожителям из казны, государство формирует фонд за счет текущих отчислений бизнеса.

Мировой опыт: Казахстан идет по пути Сингапура и Швеции

Эксперт отмечает, что прямого аналога нашей модели «4+1» в мире нет, но элементы «коллективных взносов» (система CDC) успешно работают в ряде стран:

• Сингапур: Часть накоплений принудительно идет в пожизненный аннуитет.

• Нидерланды: Риски долголетия распределяются между поколениями через коллективное управление активами.

• Швеция: Используются условно-накопительные счета, где взносы фиксируются, но реально тратятся на текущие выплаты пенсионерам.

Критический фактор: Успех таких систем на Западе держится на «трех китах»: прозрачности, независимости регуляторов и высокой доходности. В условиях развивающихся рынков механическое копирование этих моделей может привести к обесцениванию накоплений.

Главные риски новой модели

Несмотря на благую цель — борьбу с бедностью в глубокой старости — система «4+1» несет в себе несколько фундаментальных угроз:

1. Инфляционное давление: При консервативном управлении деньги в «общем котле» могут просто сгореть из-за инфляции.

2. Демографическая яма: Если количество пенсионеров будет расти быстрее, чем число работающих, 1% взносов просто не хватит для выплат (риск недофинансирования).

3. Теневая экономика: Когда работник понимает, что часть его денег уходит в никуда, это демотивирует «играть вбелую», стимулируя серые зарплаты.

Итог

Модель «4+1» — это попытка сделать систему более устойчивой перед лицом старения нации. Однако она не решает главную проблему — низкую доходность пенсионных активов. Без кардинального повышения эффективности управления деньгами в ЕНПФ, новая архитектура лишь усложняет жизнь работодателям, не гарантируя достойной жизни будущим пенсионерам.