«Любить – это глагол»: Светлана Эшметова – о людях, «Ладе» и умении вовремя уйти

Но в разговоре с Сан Санной (так любя называют коллеги редактора) удивительным образом почти нет пафоса про «большую журналистику». Гораздо больше – про людей. Про верность профессии. Про страх принимать тяжёлые решения. Про молодость, в которой было трудно, но почему-то очень светло.

Иногда она смеётся. Иногда надолго замолкает. И весь разговор часто повторяет одну глубокую для себя мысль, которую пронесла через 30 долгих лет: любить – это действительно глагол.

«Ты попал в семью»

Главное и самое важное в жизни любого издания – это люди, которые там работают. Светлана Александровна, будучи на посту главного редактора 27 лет, эту истину четко знала и распространяла в коллективе как «вирус». Каждый человек, ступивший в «Ладу», обретал в ее глазах неведомые до того качества, которые окрыляли, вдохновляли и, как следствие, позволяли делать работу редакции еще лучше и интереснее.

Мне в жизни очень повезло. Меня окружали восхитительные, талантливые, уникальные люди. Каждый, буквально каждый работник «Лады» был прекрасен по-своему. Всем, кто приходил, мы говорили: «Ты попал в семью». Люди – это достояние. Я выросла на фразе своего режиссёра: «Люди – не мусор». Меня учили благодарить каждого, кто работает рядом. Если не умеешь ценить людей – в профессии делать нечего, - говорит Светлана Александровна.

Кажется, именно через людей она вообще объясняет себе жизнь.

«Я оглядываюсь вокруг и понимаю, сколько рядом со мной было прекрасных людей. Каждый – со своими сложностями, со своим характером. Но не нужно всё время разворачивать к себе плохую сторону человека. Иногда достаточно увидеть в нём хорошее».

Она уверена: способность замечать в людях свет – это навык, которому можно учиться.

«Любить – это ведь не чувство. Любить – это глагол. Это значит – прощать, поддерживать, отпускать, помогать!».

Светлана Александровна вспоминает редакцию конца девяностых и начала двухтысячных – шумную, тесную, живую. Молодые журналисты караулили свободные компьютеры у «старичков», потому что не хватало техники, «матерые писаки» спорили до хрипоты, порой обижались друг на друга, хлопали дверями, уходили и возвращались.

«Через «Ладу» прошли сотни прекрасных специалистов. Тридцать лет – это маленькая жизнь. Больно ли было отпускать?! Конечно. Но это светлая грусть. Большая часть людей шли на повышение. Просто наступал момент, когда человеку нужно было расти дальше. А куда расти, если главный редактор сидит на месте 27 лет?».

Она улыбается, вспоминая, как спустя годы бывшие сотрудники всё равно продолжали называть себя «ладовскими».

«Нам не всё равно»

Один из самых известных слоганов «Лады» появился не на планёрке маркетологов и не как удачная рекламная находка. По словам Светланы Эшметовой, это вообще никогда не было про рекламу. Это было про внутреннее состояние редакции.

«Я всегда говорила: если тебе всё равно – это не твоя профессия. Потому что журналисту не может быть безразлично, что будет после его публикации. Словом можно убить, можно поднять людей, можно изменить ситуацию. И корреспондент должен понимать эту ответственность».

За годы работы Светлана Александровна научилась определять по первым минутам разговора с человеком, останется он в профессии или нет.

«В «Ладе» оставались только те, кому было не всё равно. Начиная от секретаря и заканчивая директором. Это был внутренний штамп – нам не всё равно. Мне было сразу понятно, кто пришел «с добром», а для кого работа в издании носит временный и, скорее, имиджевый характер. Шанс давали практически всем. У нас в коллективе большее преимущество отдавалось «горящим глазам», чем справкам о высшем образовании. Ты можешь быть очень грамотным человеком, но при этом никудышным журналистом. Ведь эта профессия – скорее призвание, поэтому работать оставались лишь «повернутые» в хорошем смысле на новостях люди».

В те годы редакция жила практически в режиме открытых дверей. Сюда приходили не только за новостями. Люди приносили письма, жалобы, семейные истории, стихи, просьбы о помощи.

«Дверь в редакцию никогда не закрывалась. И это, наверное, было самое главное. Люди чувствовали: сюда можно прийти».

Позже фраза «Нам не всё равно» стала лозунгом предвыборной кампании экс-директора Лады Геннадия Владимировича в областной маслихат. Сотрудники редакции сами разносили дополнительные тиражи по квартирам, разговаривали с людьми во дворах, объясняли, спорили.

«И мы выиграли, потому что нам верили. А верили, потому что мы писали правду».

«Сила в журналистике – это факты»

О профессионализме Светлана Александровна говорит почти жёстко. Без романтики. Именно он, по её мнению, позволил «Ладе» стать одним из самых влиятельных русскоязычных изданий региона.

«Сила в журналистике – это факты. Не эмоции журналиста, не его отношение, а именно факт. Как только новостник начинает окрашивать текст своими оценками – начинается дилетантизм».

Она несколько раз повторяет: читатель имеет право делать выводы сам.

«Читатель приходит за голым фактом. Он сам хочет решать, кто прав, кто виноват. И если журналист начинает навязывать своё отношение – доверие теряется».

Именно поэтому в редакции всегда принципиально маркировали рекламные и заказные материалы.

«Мы могли спорить, ругаться, но всегда показывали читателю: это не мнение редакции. Это важно».

При этом сама работа журналистов в те годы редко была спокойной.

После критических публикаций чиновники запрещали подчинённым общаться с редакцией, отказывались отвечать на запросы, пытались давить через суды и проверки. Но внутри «Лады», вспоминает Светлана Александровна, существовало негласное правило: если на журналиста начинают давить – об этом должны знать все. Источники информации в редакции считались почти священными.

«Мы никогда не прятали наши отношения с чиновниками под ковёр. Если на нас подавали в суд, мы об этом писали. Если нам не отвечали, мы тоже об этом писали. Гласность была нашей защитой».

Правда, к сожалению, стоила немалых сил. Корреспондентов задерживали стражи порядка, отказывали в комментариях, объявляя негласный «бойкот». Случались и совсем неприятные эпизоды. Так, после серии скандальных публикаций в редакции подожгли дверь офиса и этой же ночью дверь подожгли в квартире главного редактора.

«Была ночь. Мы с супругом спали. Хорошо, что почувствовали дым и вовремя потушили. Все могло закончиться сильно хуже. Уже утром я узнала о том, что попытка поджога была и в редакции. Конечно, вызвали полицию. Проводили допросы. Но никого не нашли. Пугало ли это меня? Хотелось ли остановиться? Нет. За нами были люди. Они в нас верили, и мы не могли их подвести», - делится воспоминаниями Светлана Александровна.

Особенно важным, считает экс-главный редактор, быть патриотом своей страны и малой родины.

«Сейчас слово «патриотизм» как будто стало неудобным. А я не стесняюсь этого. Я патриотка своей страны. Да, я русская, меня волнует то, что происходит на моей исторической родине. Но я казахстанка. Я здесь живу. Я хочу, чтобы здесь было хорошо, чтобы страна развивалась, чтобы ею можно было гордиться. Уверена, что невозможно честно писать о месте, где живёшь, если внутри нет любви к нему. Если внутри нет патриотизма, то глаза будут видеть лишь негатив»

Время перемен

История самой «Лады» начиналась в эпоху, которая сегодня многим кажется почти легендарной – конец девяностых, время хаоса, безденежья и одновременно какой-то невероятной внутренней свободы.

«Сейчас я иногда думаю: «Господи, как нас вообще тогда не посадили?». Это была абсолютная махновщина. Заголовки сумасшедшие, свободы море. Хотя сейчас я понимаю: это был не воздух свободы. Это был воздух хаоса».

Первые номера «Лады» печатались по технологиям, которые сегодня кажутся музейными.

Когда Светлану Александровну впервые привезли в типографию, она была в шоке.

«Это были линотипные машины. Из свинца выливались буквы. Фотографии делались через свинцовые клише. Грохот, пыль, огромный штат людей. Работа была настолько вредной, что сотрудникам типографии выдавали молоко. Каждая страница перепечатывалась на ходу и свинец лился на эти листы. Вы просто не представляете, насколько зрелищно и одновременно ужасающе выглядел данный процесс. Какое огромное количество людей было задействовано в работе над печатью газеты!».

«Лада», впрочем, всегда шагала в ногу со временем, порой даже опережая его. Так, с появлением офсетной печати редакция быстро «переобулась» на новинку в мире типографии. Тиражи печатали в Атырау и везли в Актау их поездом. Иногда происходили почти сюрреалистические истории.

«Однажды железную дорогу замело снегом. Нам сказали: тираж задержится почти на сутки. А у нас распространители ждут – пенсионеры, бабушки, для них это был заработок. И тогда пилоты пассажирского рейса загрузили тираж прямо в кабину самолёта».

Она смеётся:

«Я не знаю, как они там вообще летели».

Распространителей газеты было около 150 человек. С раннего утра они приходили за пачками газет и расходились по остановкам, предприятиям и рынкам. «Своих» бабушек редакция знала не только в лицо. О каждой из них им было известно несколько больше: семейное положение, материальное состояние, диагнозы. Поэтому когда возникала необходимость, распространителям всячески помогали: финансово, физически, добрым советом или выбором врача и определением в клинику.

«Когда появился Instagram – стало понятно: эпоха меняется»

Однако самым тяжёлым профессиональным испытанием для «Лады» оказался не дефицит девяностых и не давление чиновников. Им стал интернет.

Светлана Александровна очень хорошо помнит момент, когда впервые поняла: эпоха меняется окончательно.

«Когда только появился Instagram, меня прямо резануло. Всё стало визуальным: картинки, плашки, видео. И я поняла – надо срочно менять сайт, потому что мир уходит в другую подачу информации».

Она говорит быстро, эмоционально, будто снова переживает тот период.

«Это ведь постоянно менялось. И сейчас меняется. Нужно было не просто увидеть изменения – нужно было научиться работать по-новому. А ещё переучить людей, которые привыкли раз в неделю сдавать материалы в газету».

Начался достаточно продолжительный период, когда редакция существовала сразу в двух реальностях.

«У нас была конвергентная редакция. Мы делали газету и одновременно переписывали те же новости под сайт. Мы буквально переползали из печатной журналистики в интернет».

Но именно тогда, признаётся она сейчас, была совершена главная ошибка.

«Печатную версию нужно было закрывать раньше. Я и тогда это осознавала. Но что такое газета? Это те же бабушки, это огромная часть коллектива, работающая над формированием полос, это целая эпоха, традиции, это наша любовь»

Газета стремительно переставала приносить деньги, а интернет ещё не научился зарабатывать.

«Реклама уже уходила из газеты, но в интернет ещё не пришла. Сайт был бесплатный, никто не понимал, как всё это монетизировать. Получился огромный провал между двумя эпохами».

Редакция начала обрастать долгами.

«Только аренда помещения стоила около миллиона тенге в месяц. Плюс, очень дорогая печать. Испокон веков продажа газеты в лучшем случае окупала сам выпуск тиража. Зарабатывала редакция на издании. То есть люди всегда покупали газету без учета нашей прибыли, по минимальной стоимости. Когда тиражи упали, то печать уже не окупала розничная реализация. Деньги брались из рекламы, а, соответственно, перестало хватать на зарплаты, аренду и в целом на развитие. Это было убыточно. Плюс, стали уходить рекламодатели. Они тоже понимали, что газеты становятся прошлым».

О закрытии большой части редакции Светлана Александровна рассказывает тихо. Без драматизации. Но именно в этой спокойной интонации и слышится, насколько тяжёлым был тот период.

«Это был самый тяжёлый Новый год в моей жизни. Я уже знала, что будут сокращения. Мы договорились с директором. И о переезде в другой офис, и о закрытии газеты. Но я тогда попросила не портить людям настроение и дать возможность отметить. Сама же сильно переживала»

Пятого января она собрала сотрудников и сообщила, что газета закрывается.

«Огромная редакция – рекламщики, верстальщики, бухгалтерия… Люди, с которыми мы жили одной жизнью. В редакции тогда работали десятки человек. Оставить удалось лишь небольшую часть команды. Мы оставили только тех, кого ещё могли вытянуть финансово».

Она ненадолго замолкает.

«Это было страшно, но интернет лавинообразно вытеснял печатную прессу. Газета переставала быть нужна. А мы ещё только учились жить в новой реальности».

Однако сложные времена остались в прошлом. После отказа от газеты редакция переехала в новый офис и постепенно начала учиться зарабатывать по-новому. Бессменный директор издания решил продать бизнес и у «Лады» появилось новое руководство, которое «вдохнула» в нее новые идеи, оставив коллектив неизменным. Сделав лишь небольшие перестановки.

«Нужно уметь уходить»

Когда разговор заходит о собственном уходе с поста главного редактора, становится понятно: это решение далось ей не легче, чем когда-то закрытие газеты.

«В какой-то момент я честно сказала себе: меня уже не хватает на «Ладу» так, как раньше. Нужна свежая кровь, новые амбиции, новые люди».

Она вспоминает, что первым условием в разговоре с новым директором была просьба не оставлять её главным редактором. Своего «приемника» Светлана Александровна готовила без малого 19 лет. Станислава Хапина (Куцай) пришла в редакцию молодым журналистом буквально сразу после выпускного бала, в 17 лет.

«Потому что, если любишь «Ладу» – ты должен уйти вовремя. Нужно дать дорогу молодым и горячим. Они этого заслуживают. Я поняла, что пришло время подлатать душу. Просто остановиться, оглянуться и пожить чуть по-другому».

При этом о «Ладе» она говорит без тревоги – скорее с любопытством и спокойной уверенностью человека, который однажды сумел отпустить то, что очень любил, оставаясь штурманом на должности редактора и тихо наблюдая за тем, чтобы «корабль» не наткнулся на риф.

За 30 лет «Лада» пережила несколько эпох: свинцовые линотипы, офсетную печать, первые сайты, форумы, социальные сети, видеоформаты и полную цифровую трансформацию. Из небольшой региональной газеты она выросла в одно из самых узнаваемых интернет-изданий страны, оставаясь при этом по-настоящему местным, мангистауским медиа.

Сегодня Lada.kz входит в число самых читаемых и влиятельных региональных изданий Казахстана и на равных конкурирует с крупными республиканскими площадками, будучи при этом редакцией, для которой по-прежнему важны люди и доверие читателей.

И, возможно, именно в этом – главный результат всех прожитых редакцией лет. После долгой паузы Светлана Александровна улыбается и говорит уже совсем тихо:

«Но знаешь… Всё равно ведь интересно, что будет завтра».