Шаг в небо: как аэроклуб в Шевченко менял судьбы подростков и почему парашютный спорт не удалось возродить

Для сотен подростков города Шевченко этот клуб был билетом в небо и шансом изменить жизнь: здесь учили прыгать с парашютом, преодолевать страх и становиться сильнее — физически и морально. В небо поднимались люди разных возрастов, а строгая подготовка и прыжки с парашютом навсегда меняли их судьбы. В авиационно-техническом спортивном клубе готовили любителей и профессионалов парашютного спорта. Как это было вспоминает Алексей Оськин, участник и инструктор «Эдельвейса». 

С чего все начиналось

Сначала, с 1984 по 1986 год в городе работала только парашютная секция. Ее организовал воин-афганец Юрий Вячеславович Крюков при поддержке Добровольного общества содействия армии, авиации и флоту (ДОСААФ). Затем секция стала частью военно-спортивно-технического клуба (ВСТК) «Эдельвейс», просуществовав на Мангышлаке до 1993 года.

Заниматься с молодежью, в том числе для подготовки к службе в армии, Юрию Крюкову предложили в местном военном самоуправлении. От военкомата будущего руководителя направили в Уральский авиационно-спортивный клуб первого класса, где парашютный, планерный и самолетный спорт был хорошо развит. После завершения учебы было получено удостоверение инструктора парашютно-десантной подготовки, подтверждающее право на теоретическую подготовку и тогда же был учрежден клуб.

Первая группа секции парашютного спорта города Шевченко

Первые два года в распоряжении клуба были только учебные парашюты. Для пополнения состава групп организаторы ходили по школам, агитируя молодежь вступать в ряды покорителей неба. Воспитанники осваивали теорию, в которую входила укладка парашюта и другие важные навыки, проводили наземную подготовку, готовясь к тому, чтобы поехать на прыжки в Уральск.

На фото Алексей Оськин

В интервью нашему изданию участник аэроклуба Алексей Оськин рассказывает, что попал в сюда девятиклассником. Затем в 1986 году был призван в Советскую армию, где служил в десантных войсках, а после возвращения встретился с ребятами и Юрием Вячеславовичем, снова вернулся в клуб, стал инструктором и какое-то время работал на общественных началах.

В 1988 году при поддержке воинов-интернационалистов было решено учредить военно-спортивно-технический клуб (ВСТК) «Эдельвейс», при котором развивалось туристическое направление. Организация функционировала под руководством Валентина Флеглера, а Юрий Крюков возглавлял авиационно-технический спортивный клуб, который был прикомандирован к авиационно-спортивному клубу Уральска.

Как воспоминают организаторы, стартом работы аэроклуба следует считать февраль 1990 года – с этого времени юридическая ответственность из Уральска была делегирована в Шевченко.

– На содержание авиационно-технического спортивного клуба городские власти выделили средства – свыше 300 тысяч рублей в год, которые были предназначены для закупа горюче-смазочных материалов, оплату труда инструкторов и летчиков, а также приобретение парашютов и техники. Клуб базировался в здании радио-технической школы ДОСААФ, где воспитанники проводили много времени, проходя общую физическую подготовку, активно готовясь к выездным соревнованиям. Для формирования материально- технической базы авиационно-технического спортивного клуба нам передали два борта АН-2. Из Калуги мы привезли парашюты Д-5 серии 2, предназначенные для учебно-тренировочных и боевых прыжков с самолетов, вертолетов и военно-транспортной авиации. Также у нас было несколько грузовиков: стартовые командные пункты на базе ЗИЛ-130, ЗИЛ-13 и ЗИЛ-157. Самолеты базировались на территории аэропорта, – рассказывает Алексей Оськин.

А 1 марта 1990 года начальником клуба был назначен Эдуард Дживага – летчик из Аэрофлота. Летчиком-инструктором служил Серафим Хромов. Алексей Оськин работал в качестве инструктора.

Как работал аэроклуб

Сначала практические занятия проходили в районе старой взлетной полосы аэропорта, ныне это район пересечения 27-28 микрорайонов в Актау. Затем в районе старого ипподрома, где была построена взлетная полоса в форме звезды. Позднее люди через спутниковые снимки находили эту звезду и очень интересовались, тем, что за объект остался в регионе из прошлого.

В клубе учили любителей и профессионалов. Если говорить о молодежи – готовили группу из 30 человек – 52 часа теории и 20 часов, отведенных на наземную подготовку, затем парашютисты проходили медицинскую комиссию. Только после этот желающие допускались к прыжкам. Все они получали документы и значки, а узкий круг тех, кто хотел погрузиться в тему глубже, переходили на вторую программу.

– В парашютном спорте принцип такой: год теоретических занятий, а затем возможность выполнять прыжки. После выполнения трех прыжков члены клуба получали третий спортивный разряд. Дальше участников оставляли по желанию, но и по способностям, и они начинали заниматься парашютным спортом, включающим такие дисциплины, как точность приземления, выполнение акробатических фигур в свободном падении и так далее. Парашютный спорт являлся серьезной дисциплиной, в которой всесоюзные нормативы были выше мировых, – вспоминает Алексей Оськин.

Система занятий предполагала обучение наборами. Желающих заниматься было много, в год через клуб приходило по 500 человек. Кроме этого, здесь занималось порядка 50 спортсменов.

– В парашютную школу набирали не только детей. Сюда стремились люди разных возрастов. Некоторые приходили для того, чтобы избавиться от чувства неуверенности или побороть страх. И если у подростков его не было, то те, кому за сорок, смотрели на это по-другому, но старались преодолеть себя. Более того, участником клуба был ветеран Великой Отечественной войны, которому на тот момент исполнилось 76 лет. До начала военных действий он занимался в аэроклубе и готовился стать летчиком, но воевать пошел танкистом. И только в «Эдельвейсе» впервые прыгнул с парашютом, – рассказывает Алексей.

Первая группа, совершившая прыжки в мае 1986 года

Из «трудных» - в храбрые

Молодежь воспитывали строго. Причем, в основном набирали достаточно сложных подростков, у которых были проблемы в школе и дома.

– Ребятам ставились условия о необходимости подтянуть успеваемость, в противном случае до прыжков они не допускались. В случае жалоб со стороны родителей, школьникам путь в секцию был закрыт. И ребята тянулись. У них росла физическая подготовка, налаживалась дисциплина, а быть спортсменом было большой гордостью, – рассказывает наш собеседник.

Спортсмены прыгали с задержкой на 30 секунд с высоты 2 400 метров, однако оптимальная высота для обычного прыжка составляла 1 200 метров.

Алексей вспоминает, что за время работы аэроклуба не было трагических ситуаций, но были курьезные. Воспоминается девушка, которая больше года проходила теоретический курс, но из-за веса в 48 кг ее не хотели допускать к практическим занятиям. Чтобы воспитанница вписалась в норматив, на нее надели тяжелые ботинки. Однако в момент прыжка произошло частичное обматывание купола, в таких условиях необходимо бросить в сторону запасной парашют, чтобы он раскрылся. В случае неудачной попытки его необходимо собрать и сделать это снова. Девушка успела бросить его двенадцать раз, так как медленно снижалась из-за веса. К счастью, она приземлилась, не получив травм.

К слову, девушки мечтали о небе не меньше парней. Если говорить в процентном соотношении, то, по словам Алексея, 50% в группах занимали представительницы прекрасной половины человечества. Но требования ко всем участникам были одинаковыми.

– Если девушка хотела заниматься парашютным спортом, она должна была иметь соответствующую физическую подготовку. С точки зрения физики в небе нет различий между полами, есть лишь тело, падающее вниз. То есть на каждое тело воздействует сила тяжести, которая компенсируется силой сопротивления купола парашюта. Поэтому нормативы по физической подготовке строго выполняли все: бегали кроссы, качали ноги, тренировали приземления и так далее. Комплекты девушки тоже носили сами, при условии, что вес основного парашюта достигал 17 килограммов, а запасного – превышал 5 килограммов. На человеке в полном обмундировании на линии стартового смотра было более 20 килограммов снаряжения. С ним он должен дойти до самолета и забраться в кабину. И девушки были готовы к таким нагрузкам. Сейчас бывшим парашютисткам более 50 лет, все они пребывают в отличной форме и могут дать фору молодым, – гордится воспитанницами Алексей.

Почему аэроклуба не стало

Клуб просуществовал до 1993 года. На закрытие организации повлияли экономические причины: бензин марки Б-91/115, являющийся топливом для самолетов АН-2, не выпускался в Казахстане, а закуп горючего из России был затруднен. Техника встала, и фактическое выполнение прыжков было приостановлено. Судьба самолетов неизвестна, по словам Алексея, предположительно, они «умерли» в аэропорту. Автотехника передана в аварийно-спасательный отряд при заводе пластических масс, который мог бы стать новым местом организации клуба, но этого не произошло.

Некоторое время клуб работал только в формате теоретических занятий, но потом и они подошли к концу. Были попытки организовать полеты с естественных возвышенностей, используя параплан. Но на уровне практических занятий с воспитанниками этим планам не суждено было сбыться из-за сложности подготовки.

– Вопрос о том, чтобы воссоздать клуб в Актау поднимался несколько раз. Были энтузиасты, готовые взять на себя его возрождение. Но это серьезное мероприятие, которое необходимо осуществлять при поддержке государства, а работу должны курировать заинтересованные люди, – говорит Алексей Оськин.

Как сложилась судьба участников

Бывший инструктор клуба вспоминает, что система ДОСААФ позволяла молодым людям проходить профориентационную подготовку. Ребята выбирали то, что им нравилось.

– Из тех, кто прошел школу «Эдельвейс», как минимум десяти человек работают в авиации. Занятия в клубе для них стали стартом в большую жизнь, – отмечает Алексей Оськин.

Сегодня парашютисты из города у моря, которых жизнь раскидала по разным городам и странам, поддерживают связь в группе в социальной сети, поздравляют друг друга с праздниками, делятся воспоминаниями и архивными фото, а также благодарят основателя – Юрия Вячеславовича Крюкова за счастливую юность.

– Спустя 32 года у нас по сей день существует группа, в которой мы поддерживаем связь с участниками аэроклуба. Люди до сих пор с теплотой вспоминают школьные времена, когда он объединил молодых людей, мечтающих о небе, – рассказывает наш собеседник.

Многие из тех, кто получил опыт в ходе занятий, еще не раз «парили» в небе после закрытия клуба. Алексей говорит, что в последний раз совершил прыжок в середине двухтысячных, снова ощутив невесомость в свободном падении. При этом признается, что и сейчас не отказался бы от полета, «чтобы испытать этот кайф». Да и вспоминать ничего не нужно – навык прыжков, как езда на велосипеде – зафиксирован уровне рефлексов.

Айлин Тас. Фото из архива Юрия Вячеславовича Крюкова и членов клуба, а также автора